Речь идет о цикле стихотворений Н.Л. Трауберг, который назван «Венок сонетов» и входит в «Домашние тетради», уникальный сборник сочинений Н.Л. Трауберг, изначально представлявший собой самиздат. Автор статьи исследует две части четырехчастного «Венка сонетов». Тексты первых двух частей написаны от лица Томаса Тристрамаса Чепайтиса, сына Натальи Чепайтене (альтер-эго автора), находящегося в утробе Матушки и выражающего впечатления от внешнего мира. Последовательно разбирая тексты двух частей цикла, автор статьи обнаруживает сверхсюжет анализируемого блока. Сверхсюжет можно назвать «открытие мира», который осмысливается, во-первых, так сказать, географически, а во-вторых, в бытовом и бытийном единстве. Художественное пространство анализируемых текстов организовано антитетично. «Дом», «воздух», «библейский пир» и «Алисина норка» – пространство того мира, к которому принадлежат малыш и Матушка. «Дорога», «коммунальная квартира», «женская консультация» – пространство того мира, к которому принадлежат их антиподы. Главное отличие этих групп героев – в отношении к ближнему и быту. Не ценящие чувства жалости, значимого для малыша и Матушки, их антиподы с презрением относятся к ближнему. Они не чувствуют, как быт вырастает в бытие, их быт лишен формы, света и цвета. Мир малыша и Матушки полон цвета, света и осязания: тяжелые кофейные чашки, овальный сыр, низенькие миски, вареный щавель – акмеистические образы, которые составляют образную систему, в частности, «Акмеистического сонета». Но бытовые феномены отражают радость Рая. Библейские аллюзии пронизывают анализируемые тексты. Отсылка к Книге Бытия возникает в сонете, где рассказывается о встрече Матушки и Батюшки, о зарождении мира, в который придет малыш. Заповеди блаженств пронизывают весь цикл, первая часть которого завершается рождением малыша. А во второй части он рассказывает о земном мире своей не родившейся пока сестре.